Игорь Лебединский

Противостояние



1.

Утро выдалось непривычно тихим. Артиллерийская дуэль сама собой затихла еще несколько часов назад, птицы почему-то молчали, а вязкий рассветный туман смягчал скрип колес и рассыпчатые отзвуки шагов. Остатки армии адмирала (теперь - генерала, но об этом мало кто вспоминал) Стогова двигались к видневшейся вдали крепости; развевающиеся стяги величественно золотились бы в лучах восходящего солнца, но солнца не было.

Перед - это там, куда ты повернут лицом, - рассеянно рассуждал адмирал Стогов. Остатки его армии то ли отступали, то ли наступали - события последних лет не способствовали четким оценкам. Возможно, точно также - в противоположную сторону - бредут теперь части противника.

- Мой генерал, - сказал адъютант Семенов, - посыльный от Тарасова.

- Пусть говорит, - ответил Стогов.

Подошел растрепанный пехотный лейтенант - костистое птичье лицо, безвольно висящие усы. Почему пехотный - от Тарасова? Ладно, ладно…

- Ваше превосходительство! - посыльный страдал от одышки. - Разрешите доложить.

- Полезайте сюда, лейтенант, - приказал Стогов. - Места здесь достаточно.

На телеге, разумеется, места было немного - Стогов подвинулся, подвинулся и адъютант, освобождая место для посыльного. Тот с неожиданным проворством вспрыгнул на телегу и сел напротив генерала.

- Полковник Тарасов велел передать - он обладает достоверной информацией, что в крепости стоит гарнизон генерала Литвинова. Возглавляемый самим генералом Литвиновым.

- Вот как? - чуть иронично произнес Стогов и перевел взгляд на крепость. Она казалось непреступной. Самое место для генерала Литвинова.

- Какими силами он располагает? Такая информация есть?

- По данным перебежчиков… Точнее, беглых горожан… Они точные данные, ваше превосходительство, не смогли предоставить по причине штатской бестолковости… Но визуально, говорят, не больше чем у нас. А то и меньше. Орудий точно меньше.

Растерзанные силы генерала Стогова насчитывали не более четырех десятков исправных орудий, около тысячи человек пехоты и пару сотен конных - уланы, гусары, все что уцелели в последнем сражении.

- Следовательно, вылазки нам опасаться не следует, - резюмировал Стогов. - Вот, что голубчик… приведите-ка нам самого Тарасова.

- Так точно! Осмелюсь доложить… его превосходительство полковник Тарасов тяжело ранен и сейчас отдыхает. Исполнять?

- А не надо, - генерал махнул рукой. - Больше информации никакой?

- Никакой, ваше превосходительство. Его превосходительство полковник Тарасов просил вас заверить, что информация самая точная. Литвинову некуда деваться. Он, считай, у нас в руках.

- Только руки, кажется самую малость коротковаты, - вздохнул Стогов. - Ладно, ступай.

Лейтенант перемахнул через борт (через фальшборт, подумал бывший адмирал) и зашагал вперед, в расположение разведывательной роты. Обоз плелся еле-еле, и вид человека, обгоняющего лошадей на своих двоих, производил тягостное впечатление. Всё это напоминало вязкий бесконечный сон, обычный для приступа малярии.

- Руки, увы, коротковаты, - повторил генерал Стогов, скользя взглядом по стенам и бастионам крепости. Она казалась неприступной. - Литвинов - здесь, а схватить его… Надо что-то придумать.

- Мой генерал, никто не упрекнет вас в том, что вы упустили Литвинова, - подал голос адъютант. - У нас нет сил на штурм крепости. Даже с таким слабым гарнизоном.

- При нормальных условиях, конечно, сил у нас нет, - сказал генерал Стогов, и его голос звучал уже как-то иначе. - Но сейчас условия совершенно ненормальные. И шансы у нас есть. Разумеется, мне известно соотношение сил, при котором у штурмующих появляются хотя бы какие-то шансы. Но, заметьте, это правило работает только при достаточно крупных силах как с той, так и с другой стороны - а сейчас у нас появляется преимущество за счет большей мобильности. Сколько у них пушек? Двадцать, тридцать? Представляю себе, как они будут таскать их по всему периметру обороны, пытаясь уследить за нашими перемещениями! Ха-ха!

Стогов торжествующе расхохотался, его примеру последовал и адъютант. Затем они погрузились в молчание. Два человека сидели в телеге, телега ехала точно в середине длинной, растянувшейся на добрый километр цепочке войск; генерал Стогов, коренастый мужчина с ранней сединой (он совсем не был похож ни на генерала, ни на адмирала) и его адъютант, подтянутый молодой человек, больше напоминающий аспиранта - они ехали молча, смотрели на неприступные стены крепости и думали о чем-то своем.

2.

- Вы, Костя, говорите, что это - неудача? - в голосе генерала Литвинова звучал задорный сарказм. - А я вам говорю - нам неслыханно повезло. Я о таком, если хотите, не смел и мечтать. Этот старый кашалот Стогов сам плывет в наши сети!

На стене крепости стояли двое - сам генерал Литвинов, представительный подтянутый мужчина аристократического вида, и его адъютант - офицер лет тридцати, невысокий, округлый и безусый, похожий скорее на приворовывающего провизора, чем на адъютанта. Они по очереди разглядывали разворачивающиеся части Стогова, передавая друг другу бронзовую подзорную трубу, зловеще поблескивающую в лучах полуденного солнца.

- Дело в том, что этот Стогов - моряк и мыслит морскими категориями. Для него война - это месяцы маневров, завершающиеся кратчайшим огневым столкновением. На суше это, разумеется, не так, но мы же не собираемся сейчас его в этом переубеждать, правильно?

Литвинов торжествующе посмотрел на своего адъютанта, и тот неожиданно для себя расхохотался.

3.

- Господин генерал, саперы дали такую информацию, - торопился адъютант Стогова. - Самое слабое место крепости - невысокая западная стена, и кладка там старше, чем на прочих участках. Самое защищенное - так называемый капонир, видите? - две центральные башни, расположенные близко друг к другу. Не знаю, полковник Савельев почему-то называет это капониром, я же…

- Полковник Савельев, насколько я понимаю, еще недавно работал учителем рисования в женской гимназии, - Стогов иронично усмехнулся, - но должен заметить, что он - большой специалист по своей части. Я имею в виду, конечно, вопросы осады и фортификации. Интуитивный профессионал, если можно так сказать. Так что его суждению я вполне доверяю. Итак…

Генерал Стогов выдержал долгую паузу. Наступал вечер, в воздухе витали ароматы полевой кухни, и раздавались уютное звяканье ложек.

- Кстати, адъютант, если у вас есть какие-то соображения по поводу штурма - пожалуйста, высказывайтесь. Мне необходимо учитывать все мнения.

Адъютант прищурился, собираясь с мыслями - сразу стало заметно, что мнение свое он сформировал уже давно, и только ждал вопроса.

- Разумеется, мой генерал, нам необходимо совершить ложный маневр. Литвинов, зная о слабости своих позиций, готовится к атаке с западного фланга. Необходимо помочь ему закрепиться в этом заблуждении, незаметно подготовившись к штурму этого… глупое слово… капонира.

- Что ж, здравая мысль, - Стогов позволил себе улыбнуться в усы. - Это должно быть и то, что первым делом придет в голову старому лису Литвинову. Зовите сюда полковников Утюгова и Ломакина.

Через несколько минут полковник саперных войск Ломакин и флегматичный артиллерист Утюгов вошли в палатку генерала Стогова. Совещались они недолго - от силы минут десять.

4.

"Неуклюжие хитрости Стогова я сравнил бы с излюбленными приемами кашалотов, применяемых (зачеркнуто) используемых (перечеркнуто в явной досаде) которые они используют при охоте на кальмаров," - писал адъютант генерала Литвинова, пользуясь временным затишьем. Вечер был очень тихий, и пламя свечки почти не плясало, располагая ко вдумчивому и неторопливому письму. "Тем не менее, все эти ухищрения способны озадачить лишь жителя глубин, лишенного не только тактического чутья, но и самого мозга."

Пробежал глазами - не слишком ли выспренно получилось? - махнул рукой, принялся быстро дописывать:

"Стогов имитирует атаку на западную стену, стягивая основные силы к Капониру. Его превосходительство генерал Литвинов был бы полным (испуганно зачеркнуто, явно пытались вымарать, но не довели дело до конца) не мог бы (клякса, жирные восковые пятна)…" Тут внезапный порыв ветра все-таки задул свечу и немного попортил бумагу, забрызгав ее воском, и сразу же Литвинов позвал адъютанта, и тот пошел на зов, оставив свой журнал со всеми записями.

- Случается, что важные вести имеют побочные последствия, - усмехнулся генерал Литвинов, подбрасывая вверх темную птицу, практически невидимую на фоне затянутого тучами ночного неба. - Этот голубь принес нам не только ценнейшие сведения, но и испортил ваш труд.

Адъютант уже понял, что это был не ветер, но не придал случившемуся большого значения.

- Этот почтовый голубь, - продолжал генерал, - принес на хвосте весть о том, что дивизия Гришко уже на подходе. Они прибудут завтра не позже полудня. У Стогова совсем мало времени - хотя он, конечно, тоже осведомлен о том, что к нам движется подкрепление.

- К сожалению, есть и плохие известия. Приближаются части Жирова. Засада Гришко у Трех Ключей успехом не увенчалась. Но, так или иначе, Гришко будет первым. Знаете что… позовите-ка мне… нет, пожалуй, не надо. Ступайте к Топорову на западную стену, отнесите ему вот это.

Адъютант поспешил к полковнику артиллерии Топорову, батарея которого располагалась на западной стене. Разумеется, он не знал, что за записку он несет, но прекрасно понимал - ничего ценнее времени сейчас нет. Равномерное увеличение численности войск с обеих сторон приносит преимущество осажденным - чтобы это понимать, не нужно быть военным.

5.

- Жиров спешит на подмогу! - новость облетела расположение войск в считанные минуты. Солдаты и офицеры улыбались и оживленно жестикулировали. Известие о том, что соединение Жирова не только уцелело в сражении при Трех Ключах, но нанесло существенный урон Гришко, принесло всем огромное облегчение.

- Вот оно, утро нашей славы, - усмехнулся Стогов, когда в рассветной мгле забрезжили башни крепости. - Не пройдет и двух часов, как крепость будет наша, а старый лис Литвинов отправится в столицу в качестве трофея.

- И будет, разумеется, казнен? - уточнил адъютант.

- Ну, что вы! - благодушно рассмеялся Стогов. - Он будет почетным пленником до окончания войны, которое, разумеется, не за горами. Он будет принимать участие в балах, организуемых в его честь, восхищаться великодушием и отличными манерами победителей. Вы же не станете отрицать, что так будет лучше?

- Разумеется, мой генерал.

- Вот так вот. А сейчас Литвинов отведает сюрприз, который я ему приготовил. И - клянусь всеми морскими дьяволами - он не придется ему по вкусу!

Отправив адъютанта с поручениями, Стогов вышел из палатки.

- Литвинов думает, что способен меня перехитрить. Старый лис перехитрит сам себя! - произнес Стогов и обрушил во тьму, из которой едва проступали очертания крепости, бурю торжествующего и яростного смеха.


6.

Адъютант генерала Литвинова напряженно вглядывался во тьму, скрывающую неприятельский лагерь. И у капонира, и у западной стены мерещились какие-то шевеления и перемещения, но ничего конкретного разглядеть было невозможно. Однако генерал Литвинов был совершенно спокоен, что вселяло уверенность во всех его солдат, включая и адъютанта.

- Хитрость Стогова, - произнес Литвинов, - ограничена своими собственными рамками. При этом, что характерно, сама по себе она работать не может. Миша, вы понимаете, о чем я?

- Признаться, ваше превосходительство, не совсем.

- Так вот. У него, по сути, только два варианта. Либо он атакует самое слабое наше место - западную стену, либо, рассчитывая на то, что мы бросим на ее защиту все наши силы, сосредоточит все свои силы у Капонира. Как вы считаете, что он предпримет?

- Скорее всего, - адъютант пожевал губами, - можно рассчитывать, что зная о его хитростях, мы примем меры, а значит… хотя тут можно до бесконечности… сил, чтобы атаковать сразу в двух точках, у него нет, как нет сил и у нас защищать одновременно…

- Вот именно! - просиял генерал Литвинов. - Вы попали в самую точку! Бегите к Топорову, отнесите ему вот это.

7.

- Готов поклясться - Литвинов уверен, что контролирует ситуацию и что последнее слово будет за ним! - куражился Стогов. Занималась заря; в лагере царила суматоха. Ящики с порохом, снарядами и фитилями, ружья, боеприпасы, фляги с водкой - казалось, что всё это перемещается само собой, без участия человеческих рук. Шли последние приготовления к штурму.

- Он уверен, что я, - продолжал Стогов, - что я не буду пытаться перехитрить его на его же собственной территории и ударю в лоб, прямо по капониру. Когда он поймет, как же он заблуждался, он будет в бешенстве!

- Посыльный от Ломакина докладывает, что саперы уже близко - ход почти готов, скоро можно будет закладывать заряды! - выпалил адъютант. - Не могу поверить - как можно за одну только ночь!...

- Мягкие грунты, - с улыбкой разъяснил генерал Стогов. - Всего лишь мягкие грунты и беспримерный героизм саперов. Может ли старый лис это предвидеть?

- Разумеется, нет! - восторженно воскликнул адъютант.

8.

- Всё-таки западная стена, - задумчиво произнес генерал Литвинов. - Морской хищник упорствует в своей простодушной логике. Тем хуже для него. Хорошо, что я не поторопился с приказами.

Адъютант окинул взором необъятное поле. Очертания десятков орудий противника вырисовывались уже достаточно четко.

- Срочно к Топорову, - приказал генерал. - Пусть отводит орудия с запада стены и размещает их под стеной напротив капонира. Это подкоп.

Адъютант стремглав бросился выполнять приказание. На глазах светало; то, что десять минут казалось орудиями и орудийными расчетами, лафетами и стволами, плюмажами на касках и подожженными фитилями, оказалось лишь дешевой аляповатой подделкой из всего, что было под рукой - из хвороста и тряпья, из негодных телег и объедков с полевой кухни. Безобразную декорацию медленно катили вперед четыре инвалида.

9.

- Ваше превосходительство, заряды установлены, фитили подведены. Прикажете поджигать? - посланник сапера Ломакина сиял, как казенная часть новенького орудия.

- Не спешите, поручик, - улыбнулся Стогов, изучая позиции. Слева, на западе, медленно продвигалась вперед лже-батарея, впереди же выросла большая куча породы, вынутой при прокладке подземного хода. Пехота ждала команды.

- Не будем спешить - лучше предоставим старому хитрецу Литвинову достаточно времени, чтобы совершить самую главную ошибку всей его жизни. Признаться, мне даже несколько жаль старика - такого позора он не заслужил.

10.

- Где вы там бегаете?! - подскочил генерал Литвинов к своему адъютанту. - Вы что там, в бордель ходили? Вы вообще видите, что творится? Каждая секунда на счету! Ка-жда-я!!!

- Что-то пошло не так, ваше превосходительство? - пролепетал адъютант.

- Все идет по плану, но нам нужно действовать очень быстро! Срочно к Топорову, пусть возвращает орудия на западную стену!

- Он еще не все успел отвести, ваше…

- Тогда… - Литвинов вдруг встал как вкопанный, словно ошеломленный неожиданной мыслью. - Тогда скажите ему, чтобы не продолжал. Пусть всё остается как есть. Пожалуйста, действуйте как можно быстрей.

11.

- Литвинов учится, - произнес генерал Стогов, посматривая на часы. - Но учится слишком медленно. Он уже приближается к пониманию моего замысла, и даже отразил, сам того не ведая, мой первый удар… но за первым, как вы прекрасно понимаете, последует второй. Видите, что происходит?

Адъютант машинально кивнул, не понимая, что его генерал смотрит совсем в другую сторону. Но Стогов - в миг своего триумфа - и не нуждался в ответе. Генерал вглядывался туда, где на глазах уменьшался силуэт всадника, приближающегося к муляжу батареи, подступающей к западной стене крепости.

12.

- Смотрите, ваш пресодитсво! Смотрите! - закричал адъютант генерала Литвинова, показывая куда-то на запад. Генерал Литвинов медленно перевел взгляд туда, куда указывал адъютант, и на его благородном лице промелькнула тень скептической усмешки. Трудно было сказать, чем она была вызвана - то ли волнением адъютанта, то ли очередным ходом противника.

А между тем, для удивления было достаточно причин. Бутафорская батарея, уродливое сооружение из тряпок и веток, на глазах распадалось - вместо небрежно намалеванных орудий на свет появлялись начищенные, ослепительно сверкающие в лучах рассветного солнца пушечные стволы, канониры скидывали грубые уборы, делавшие их неотличимыми от грубой пародии на самих себя; подделка оборачивалась правдой.

- Я к Топорову? К Топорову? - адъютант подскакивал на месте. - Надо разворачивать батарею и лупить, лупить!..

- Потерпите, - рассмеялся Литвинов. - Топоров сам всё прекрасно видит. А вы забегаете вперед, и совершенно напрасно. Хитрости Стогова слишком последовательны, чтобы принимать поспешные решения. Давайте-ка пронаблюдаем за развитием пиесы - тем более, что у нас есть места в ложе.

- Я верю в вас, мой генерал, - слабым, но твердым голосом произнес адъютант.

13.

- Заряд разместили, как я велел? - строго допрашивал генерал Стогов какого-то капитана саперной части.

- Именно так, ваше превосходительство, - говорил тот. - Нам показалось странным, что…

- А вот этого не нужно. Поджигайте запалы. Мы взрываем.

14.

- Вы это предвидели? Но - как?... - изумлению адъютанта генерала Литвинова не было предела.

Литвинов уже не смотрел на запад, где обслуга батареи Стогова, остановившись в полутора полетах ядра, завела полевую кухню и готовилась к трапезе. Генерал мерил шагами наблюдательную площадку, непрестанно поглядывая на часы.

Вот он остановился, кивнул какой-то своей мысли и улыбнулся. В тот же миг откуда-то снизу раздался приглушенный взрыв. Стены крепости ощутимо содрогнулись, но остались целы.

- Я сам себя боюсь, - растерянно качая головой и как будто пытаясь избавиться от виноватой улыбки, произнес Литвинов. - С точностью до минуты всё предусмотрел. И - честно говоря - до самого конца не верил, что всё именно так. Не верил в себя, представляете? А всё свершилось так.

- Ваше превосходительство, я решительно ничего не понимаю, - сокрушенно молвил адъютант. - Смотрите, они прорыли подкоп, что-то там взорвали, и все их пехотинцы лезут в дыру. А на этой стороне - ничего…

- Не понимаете? - вскинулся Литвинов; в его глазах плясали чертики. - Так вот, я объясню. Что, по-вашему, находится под этой крепостью?

- Склады… Запасы… Неужели они пробили ход на наш склад?! Но зачем же, там ничего, кроме…

- Успокойтесь, пожалуйста, - посмеиваясь, прервал его генерал, - и постарайтесь мыслить разумно - если хотите со временем занять мое место, вам надо уметь абстрагироваться от собственных чувств. Что находится ниже складов?

- Да… Ниже складов - там… Неужели вы хотите сказать… что всё это… всё это было… - адъютант истерически всхлипывал, что есть сил сдерживая то ли смех, то ли слезы.

- Именно так. Всё это - крайне громоздкий, нелепый и неубедительный отвлекающий маневр со стороны Стогова. Реальной его целью был, безусловно, город подземных гномов, расположенный, как всем нам прекрасно известно, под нашей крепостью.

- Мы же не будем их защищать? - с какой-то детской надеждой в голосе спросил адъютант.

- Разумеется, нет, - усмехнулся Литвинов. - Маленькие бестии достаточно попили нашей крови. Приказываю открыть ворота и трубить отход. Мы выдвигаемся на воссоединение с дивизией Гришко.

15.

Когда остатки армии Литвинова отдалились на достаточное расстояние, из огромной бесформенной дыры в земле начали одни за другим вылезать бойцы Стогова. Литвинов не закрыл за собой ворота, и артиллерия генерала Стогова уже вошла в оставленную защитниками крепость.

- Я должен сказать вам одну вещь, - негромко произнес Стогов, обращаясь к своему адъютанту, - но вы мне должны пообещать, что всё это останется между нами. Даете слово?

- Разумеется! - адъютант выглядел крайне заинтригованным. - Вы можете на меня положиться.

- Я знаю. Так вот. Я до последней минуты не верил, что мой план сработает. Это было слишком дико. Несмотря даже на то, что логика была на нашей стороне, и не было ни одной причины, по которой этот план мог бы не сработать, я не верил в успех. Даже и сейчас я в него не верю.

Адъютант негромко рассмеялся, качая головой.

- Достаточно того, мой генерал, что мы в вас верим. Мы победили. Пусть мы не захватили Литвинова, но крепость теперь в наших руках. Это гораздо важнее.

- Да. Вы можете себе представить - прославленный генерал… да просто взрослый человек… до сих пор верит в гномов. На всякого мудреца довольно простоты.

16.

- Старый рак-отшельник всё-таки залез в расставленную для него ловушку, - смеялся Литвинов, с безопасного расстояния изучая крепость. Далеко на юге раздавалась канонада. Дивизии Жирова и Гришко вступили в бой.

17.

- Жиров всё-таки настиг Гришко. Я в нем не сомневался, - говорил Стогов, изучая позиции противника в бронзовую подзорную трубу, забытую то ли Литвиновым, то ли кем-то из его помощников.

18.

- Стогов теперь в наших руках, - произнес Литвинов. - И я не повторю его ошибок.

19.

- Что ж, думаю, старый лис Литвинов извлечет кое-какие уроки из этого эпизода, - улыбался Стогов. - Я бы предпочел, конечно, чтобы он этого не делал, но силу противника надо оценивать реально.

- Мой генерал, - взволнованно заговорил адъютант, - мы получили сообщение, что сюда движется армия Пирогова, но его по пятам преследует соединенный корпус Роговского.

- Что ж, - задумчиво ответил генерал Стогов, - значит, тому и быть. Вечер уже. Давайте-ка лучше спать. Нам предстоит очень тяжелый день, который надо встречать во всеоружии.


© Игорь Лебединский, 2004



< Во всякую фигню. > < В Пуговички. >
< Рецензии в Библиотеке Свенельда >
< Ваш личный донос о вышеизложенном в ФБР >
< Хрюкнуть в КГБ >

TopList
last modified 01.12.04