Карина Шаинян

Бубен




Я бью в бубен, пою звуки, звуки превращаются в слова, слова - в песню, песня - в судьбу. Я заглядываю со страхом в нижний мир и улыбаюсь верхнему.
Сколько таких, как я, было - все высохли, погасли, их слова стали трухой. Пришли новые знания, сделали жизнь легче, понятнее, разложили по полочкам - и мои сестры приняли их, и стали умными, и узнали, что да - значит да, а нет - нет. А потом одна из них взяла бубен - но бубен не запел, это ведь было очевидно - бубен не может петь, не может открывать миры, кусок кожи да дерево - куда ему?
А я не верю в очевидное, не верю-не слышу-не понимаю. Мох в уши, волосы на глаза - не слышу, не вижу, под пальцами поет бубен, под ногами мягко проминается песок, звуки превращаются в знаки, знаки - в жизнь.
Сколько стойбищ ты прошел? Со скольких островов ты сбежал, сжираемый злыми духами пустоты? Садился в лодку и греб, не оглядывался никогда, не махнул рукой. В одном стойбище ты сказал - ушел за добычей. В другом - поплыл искать теплый берег. В третьем - гонят воспоминания.
Чайка-поморник кричит, кружится над скалами, это знак. Море вокруг тебя - холодное, холод грызет твои руки, твои сети пусты, тюленей распугали злые люди с островов на закате. Поморник кричит, плачет. Его глаза слишком желтые, чтобы видеть то, что снаружи - он видит и рассказывает только то, что внутри. Добрые боги могут пригнать тебе в сети рыбный косяк, могут направить твою лодку в теплое течение - да ты не увидишь, не согреешься, снова сбежишь за теплом и большой добычей. А поморник будет плакать над моим берегом - он умеет видеть только то, что внутри.
Убежала от умудренных сестер на берег, глотаю соль, бубен поет, звуки - в слова, слова - в судьбу. Что мой бубен для твоей судьбы? Сжираемый духами пустоты будет бежать всю жизнь, убегать один по холодному зеленому морю. Иногда упадет туман, и духи пустоты засыпают. Тогда становится страшно, ты кричишь и слышишь ответ. Правишь лодку на звук; находишь берег и стойбище, и женщину, отозвавшуюся на крик. Отдохнешь немного, но духи проснутся и снова начнут кусать сердце, и ты опять бежишь, скрывая правду, прикрываясь нечестными словами, захлебываясь в холодной воде, и никогда не оглянешься, и не вспомнишь. Одержимый духами пустоты никогда не остановится, никогда не вернется, это очевидно.
Но я не верю в очевидности. Мох в уши, волосы на глаза - я не верю в то, что снаружи, и поэтому мой бубен до сих пор поет.
Мои сестры смеются, и я смеюсь с ними - он не вернется, а ты ждешь, глупая, глупая! Чайка-поморник не говорит и не видит, а ты все слушаешь, все придумываешь, звуки - в слова, слова - в судьбу.
Маленькая лодка, только чтобы ловить рыбу у самого берега да в тихое море плавать к соседям - куда тебе за ним? Да на каком острове искать? Да будет ли тебе место в его чуме, там уже другая, а потом он побежит дальше - глупая, брось бубен, глупая! Его сладкие слова были ложью, и ложь - плач поморника, все ложь, что приходит от одержимого бесами пустоты. Умно поют сестры, и еще умнее поет разум, все понимаю, все знаю, да согласиться не могу. Обидел, ударил больно словом, садясь в лодку, погладил мягкой ложью да вновь ударил - словом по сердцу, веслом по воде, уплыл, не вернуть. И не нужен такой, другие рыбаки есть, найдется в чей чум войти. Слушай мудрость, глупая, глупая! Да только что мне - мох в уши, волосы на глаза, и на берег, плакать с поморником, бить в бубен, танцевать на краю зеленых волн. Холодное, холодное море и пустота, и враги с далеких островов, - нам с поморником есть о чем плакать, даже если это ложь и ты сейчас на теплом берегу - поморник видит то, что внутри, а я верю.
Я бью в бубен, звуки - в слова, слова - в песню, песню - в судьбу. Я не замечаю очевидного, и поэтому моя песня заглянет в нижний мир. Там живут непобедимые духи пустоты, пируют на твоем сердце, пьют тепло, почти не осталось! Непобедимые, все знают - бороться бесполезно, не вернут, будут гнать все дальше. Непобедимые - растут изнутри одержимого, из самой твоей души выросли, взлелеянные тобой, их убить - тебя убить, все знают, и я знаю, да не верю. Бубен дрожит, песок проминается под ногами, соль и плач чайки. Не верю в очевидное. Мох в уши, волосы на глаза. Не смогут кусать твое сердце, не погонят - бубен крикнул, клыки рассыпались, когти мягкими стали, не схватят тебя больше. Не слышу, не вижу, да ноги босые - вот вода теплее стала, попробуй! Вот волна на песок накатилась, зашуршала. Вот - бубен запел, заплакал, засмеялся, лодка днищем об песок трется, большая лодка, хорошая, хочешь - на берегу оставайся, хочешь - плавай вдвоем за добычей, ты тюленя будешь бить, рыбу ловить, я - сети из водорослей плести, а духи больше не тронут, бубен с собой возьму, не забуду. Мох из ушей выну, волосы с глаз уберу - станем вместе смотреть, какое море теплое, зеленое, разное.
Я бью в бубен, пою звуки, звуки - в слова, слова - в песню, песня - в судьбу.


© Карина Шаинян, 2003



< Во всякую фигню. > < В Пуговички. >
< Рецензии в Библиотеке Свенельда >
< Ваш личный донос о вышеизложенном в ФБР >
< Хрюкнуть в КГБ >

TopList
last modified 12.12.03